Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Иерусалим, мой Иерусалим

Не надейтесь и не называйте

Вот слова из разных столетий, разных книг, разных Заветов, а звучат как совершенно связная речь, потому что Дух вчера и сегодня тот же.

Не надейтесь на князей, на сынов человеческих, в которых нет спасения.
(Пс.145:3)
...и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; (Матф.23:9)

Collapse )
promo la_cruz september 17, 2014 11:33 162
Buy for 200 tokens
Я не бросила писать. Но так сложилась жизнь, что я теперь в Фейсбуке. Если с кем-то мы еще не нашлись или если кто-то случайно набрел на этот жж и хочет чего-то новенького - прошу сюда: https://www.facebook.com/la.cruz.33 Там - новые тексты, там - все обсуждения. Если уж совсем ФБ поперек горла,…
Иерусалим, мой Иерусалим

Справедливость, милосердие и благодать

"...И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его. (Лук.15:20)

Мне бесконечно нравится в этой фразе слово "сжалился". Вся справедливость отцовская не устояла перед видом бредущего к нему несчастного провинившегося сына, хотя тот заслуживал, будем уж честны, как минимум хорошей порки, а вообще-то и действительно отлучения от родства. А можно было и в шею прогнать: что сам себе избрал, туда и иди.

Но страдания сына-грешника, его голод, его пусть самые-пресамые заслуженные слезы, перечеркивают в глазах отца его грех. Вина забыта, осталась только жалость к мучениям. Вполне заслуженным, еще раз подчеркну, мучениям.

Мне кажется, это очень хорошо объясняет, как сочетаются милосердие Божье и Его справедливость.


Collapse )
Иерусалим, мой Иерусалим

Согрешил против неба и пред тобою

Из притчи про блудного сына поняла для себя сегодня вот что: не обязательно возвращаться к Богу в полном осознанном раскаянии. Блудный сын, изголодавшийся вдали от дома, больше думает не о том, что он отца оскорбил и вообще повел себя как свинья, нет у него никакой метанойи, а о том, что - поесть бы... Ноет под ложечкой, а там, у отца, даже последний наемник ест вволю. Пойду, попрошусь, авось, не откажет - примет в число наемников своих и накормит... Стыд не дым, глаза не выест, а даже если и выест, голод режет больнее.

...встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. (Лук.15:18,19)

А перелом, по-моему, наступает, когда он встречается с отцом и тот бросается ему на шею: сынок! А сынок уже ничего не просит, только плачет: согрешил я, больше недостоин называться твоим сыном. Уже и голод забыт, и дурацкий план "стану наемником и наемся" тоже.

Встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его. Сын же сказал ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим. (Лук.15:20,21)

Потому что порыв отца воскресил любовь в сердце сына, а перед этой любовью и стыдом от сотворенного померк даже голод. Отец покрывает его своей любовью, а сын плачет под этим покровом, ничего уже не прося, просто признавая себя виновным. Раскаяться теперь важнее, чем насытиться.

Можно прийти к Богу за утолением любого голода, за утишением любой скорби, можно даже ища не Его, а лишь того, что от Него. Поискал Исуса не ради Исуса, а ради хлеба куса. Но когда Его любовь касается тебя, то остается одно: помилуй меня, потому что я согрешил. Только так и плачешь под покровом Его любви, потому что это становится главным.
А Он не просто помилует, Он даст все, что у Него есть: простит, и насытит, и оденет.


Иерусалим, мой Иерусалим

Христос и вампиры

Под утро приснился совершенно восхитительный готично-христианский сон про вампира, который вышел на охоту и нечаянно укусил в Гефсиманском саду Христа.

И превратился в живого человека.

Обстоятельная богословская дискуссия на эту тему в фб:

https://www.facebook.com/la.cruz.33/posts/2166645100025702

Иерусалим, мой Иерусалим

Христос на море Галилейском

Меня всегда очень трогает это евангельское чтение.

"И поднялась великая буря; волны били в лодку, так что она уже наполнялась [водою].
А Он спал на корме на возглавии. Его будят и говорят Ему: Учитель! неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем?
И, встав, Он запретил ветру и сказал морю: умолкни, перестань. И ветер утих, и сделалась великая тишина.
И сказал им: что вы так боязливы? как у вас нет веры?
И убоялись страхом великим и говорили между собою: кто же Сей, что и ветер и море повинуются Ему?" (Мар.4:37-41)


Вы представляете, как же Он устал? Как нужно было вымотаться, чтобы уснуть в такой шторм, когда волны перехлестывают через края, вымачивая одежду, когда ветер, когда качает, когда вокруг перекрикивается десяток мужчин, пытаясь что-то сделать... А Он просто положил руки на борт, голову на них опустил и спал, от усталости ничего не чувствуя и не слыша.

Как же Он устал... Как же Он всегда отдает всего Себя, ни капли Себя не жалея, ничего Себе не оставляя - чтобы потом уснуть крепким сном посреди бушующего моря, в заливаемой водой лодке. Ничего Себе, ничего - даже сон и тот урывками.


Они Его будят от ужаса и от отчаяния, и еще немного с досады о Его покое перед лицом их страха. Просто - к кому же еще, как не к Нему, пусть для них Его помощь - полная неожиданность. Но какая невозможная разница между этой человеческой суетой и коротким покоем Его усталого сна.
Иерусалим, мой Иерусалим

Причастие и секс

Встретила в ленте рассуждения о том, допустим или недопустим секс до брака. Мне кажется, ответ для христиан — я подчеркиваю, только для христиан, впрочем, кого же в наши дни еще волнует этот вопрос — довольно прост. Для нехристиан, конечно, это все не аргумент, но внешних судит Бог, а не мы.

Допустим ли секс до брака? А допустимо ли Причастие до Крещения?

Collapse )

Иерусалим, мой Иерусалим

Причастие радости

Обожаемая, любимая цитата у Силуана Афонского:

"Когда приходит желание молиться за кого-либо, это значит, что Сам Господь хочет помиловать ту душу и милостиво слушает твои молитвы".

Я раньше думала, а зачем Господь внушает мысли молиться о том, кого Он и без наших молитв хочет и может помиловать? Казалось бы, бери да милуй... Вряд ли Ему нужен дополнительный "толчок" со стороны молящегося, милостивый настрой Ему тоже создавать не нужно - так зачем?

А теперь поняла, кажется.

Он хочет сделать молящегося сопричастником радости спасения. Потому что сильнее, превыше этой радости нет ничего на свете.
А разделить ее можно только в любви, как все искреннее, и молитва дает и усиливает эту любовь.

Это поразительно, потому что тебя как будто приглашают в тайну тайн, просто - видь, смотри, соединяйся в радости, проси и благодари Бога, благодари. Спасение во всей глубине своей, конечно, все равно остается тайной Господа и души, но отзвук, но отблеск... радость радости.

И молящийся о чьем-то спасении касается этой радости, и эта радость, пусть косвенно, пусть краем крыла, но его самого наполняет любовью и благодарностью к Богу. И заставляет гореть желанием того же, рваться к Богу, чтобы до конца познать эту тайну, потому что рядом с этой радостью бледнеют все остальные.

Иерусалим, мой Иерусалим

Две минуты в сокровищницу

По-гречески "лепта" - не только монета, но минута. Вообще λεπτός по-древнегречески это "мелкий", "тонкий". Есть значение и "мелкой монеты", и "минуты". Когда узнаешь это, история про бедную вдову, положившую в сокровищницу храма все, что у нее было - две лепты - начинает играть совсем новыми красками.
И сел Иисус против сокровищницы и смотрел, как народ кладет деньги в сокровищницу. Многие богатые клали много. Придя же, одна бедная вдова положила две лепты, что составляет кодрант. Подозвав учеников Своих, [Иисус] сказал им: истинно говорю вам, что эта бедная вдова положила больше всех, клавших в сокровищницу, ибо все клали от избытка своего, а она от скудости своей положила все, что имела, все пропитание свое. (Мар.12:41-44)
Collapse )


Иерусалим, мой Иерусалим

Христос воскрес - и мы помилованы!

Есть тайны, которые останутся тайнами навсегда. Мы не знаем и никогда не узнаем, как совершилось величайшее чудо Воскресения Христова.

Но мне кажется, Он вернулся к нам на раннем рассвете, в тот необыкновенно тихий полуутренний-полуночной час, когда уже уснули самые упрямые полуночники и еще не проснулись самые неугомонные жаворонки. Час тишины, час ожидания, час, который почти никто никогда не видит. Когда воздух полон серой рассветной хмари, и все живое спит. И спала стража у костра при Его гробе, и спали ученики, и спал весь мир.

Все замерло, и только в саду, где был Он похоронен, дрожала утренняя роса на узких, серо-зеленых в рассветном полусвете листьях. Чудо свершилось в тишине, слишком всеобъемлющее, слишком непостижимое, чтобы являть себя. Взошедшее солнце ослепительно озарило уже свершившееся Воскресение и уже спасенный мир.

Мы никогда - по крайней мере, не в этой жизни - не узнаем тайны первых минут Воскресения, Его первого вздоха, первого взгляда из-под вновь открывшихся век, первого звука, коснувшегося Его слуха. Он не звал учеников бодрствовать у Гроба - наверное, никто, кроме Отца, не мог разделить с Сыном великую тайну восстания из мертвых. Никто не бдел над Погребенным, ожидая Его обратно. Никто не приветствовал Его в новой жизни. Он Сам приходит к нам и приветствует: радуйтесь!

И нет ничего, что стоило бы радости больше.

Collapse )

Христос воскрес!

Иерусалим, мой Иерусалим

Ее 33-летняя Голгофа

Несколько дней подряд неотступно думаю про Богородицу.

И про то, что история Нового Завета - это, в общем, история долгой, невыносимой материнской муки, растянутой на годы и годы.
Какая невыносимая боль - растить сына, зная, что Он обречен на что-то ужасное (ведь "и тебе самой орудие пройдет душу"), растить и видеть с болью, как Он отдаляется от тебя, как отходит, чтобы идти Своим, страшным путем. И ты ничего не можешь сделать, никак не можешь ни остановить, ни защитить Его - своего сына. Ничего, ничего не можешь сделать!

Читаю о том, как Она и Его сводные братья пришли за Ним и звали Его домой. Конечно, Она знала, что Он не пойдет - но как жутко видеть, как Он собирает на Себя всяческое осуждение и ненависть, как хочется матерински прикрыть свое дитя.

Он уходит - а ты не знаешь, вернется ли Он еще хоть раз к тебе, ты обнимаешь Его - и не знаешь, сомкнутся ли твои руки еще хоть раз на Его плечах или Он будет отнят навсегда. Ты видишь чужие косые взгляды, ты слышишь насмешки и угрозы, и ты НИЧЕГО, НИЧЕГО НЕ МОЖЕШЬ СДЕЛАТЬ.
Конечно, ты пойдешь, повлечешься вслед за теми, кто рьяно собрался Его остановить и вернуть домой - конечно, даже зная внутри себя, что ничего из этого не выйдет, Он не вернется. Сынок, сыночек...

Боже мой, как же Ей было страшно и больно, долго-долго, многие годы. Она восходила на Голгофу 33 года. Ее мука сбылась полностью.

Конечно, Новый Завет написан кровью Христа. Но листы, на котором он написан, пропитаны Ее слезами насквозь.

И невероятная Ее распахнутость, доверие Богу еще и в том, что любая другая мать ополчилась бы на врагов и убийц своего Сына - а Она возлюбила всех нас, ради которых пролилась Его кровь. Свою боль Она обратила в любовь невероятной силы.
Пресвятая Богородица, моли Своего Сына о нас.