Дарья Сивашенкова (la_cruz) wrote,
Дарья Сивашенкова
la_cruz

Воспоминания высокого градуса

Приехали.

У меня пропал голос, больно и хрипло дышать, и ужасно хочется дымящегося горячего глинтвейна. Для него в доме есть все - все, кроме красного вина. Да, у меня всегда так, если я захочу приготовить плов, то не окажется именно риса. Вчера (или это было позавчера? не помню...) выбиралась в магазин почти в беспамятстве (плохо жить одной! приходится с температурой под 38 самой в магазин ходить... а что делать, дома жрать нечего!), с трудом фокусировала взгляд на длииинных продуктовых стеллажах "Перекрестка" и почему-то решила вино не брать. Почему? Сижу, дышу через тугой комок в груди (день-два - и он будет разрываться страшным кашлем) и спрашиваю себя - почему? Ну почему хотя бы молока не купила, бестолочь?!
И еще ужасно хочется на работу. Она у меня новая! Свежая! Еще не до конца прирученная, но уже практически любимая! Но с ощущением застрявшей пули в груди особо не побегаешь, не посипишь...

Болею я - вот прям так, с температурой, ломотой в костях, насмерть заложенным носом и пропавшим голосом, да еще чтоб работу при этом пропускать, нонсенс какой - довольно редко, от силы раз в год-полтора. Поэтому за последние несколько лет таких случаев по пальцам можно пересчитать. О двух из них (случаях, не пальцах) я вспоминаю с улыбкой - потому что заболеть мне привелось при довольно оригинальных обстоятельствах. И, кстати, шли они практически один за другим - в декабре и в мае.

Как человек, старательно следующий Закону Паркинсона, болеть я умудряюсь или на выходных (как в этот раз, когда рухнула я вечером в пятницу, перед этим спокойно отработав рабочий день) или в отпуске. Тот раз выпал у меня на отпуск, и тем обиднее было, что отпуск я проводила не где-то там, а в Израиле, и оставалось мне два самых сладких последних дня, которые я планировала целиком и полностью провести в Ерушалаиме, в Гефсимании, в Храме Гроба Господня... То есть, чего я ждала - купавшись в декабре в Галилейском море и ночами валяясь у францисканского костра, - все было очень закономерно, но та-ак невовремя. Уж так невовремя! 
Тем более, что я совершенно не знала, как по-английски будут названия тех лекарств, которыми я привыкла рубить простуду под корень. 
Впрочем, эту проблему я как-то решила - выразительно указывая в аптеке на нос, на горло, на голову, ну, а в конце выяснив, что молоденькая продавщика - украинка и русский знает гораздо лучше иврита. Меня завалили самыми надежными средствами, я обглоталась таблеток и твердо решила, что не позволю какой-то поганой болезни испортить мне очарование давно чаемой поездки. 
Но первые дни простуды, как ни крути, все-таки поганые-препоганые. Худо было еще и то, что жила я не в Иерусалиме, а в Нетании. Автобус оттуда до Иерусалима идет что-то около, не соврать бы, трех часов. При неумолимо лезущей вверх температуре - это тяжело. Я бы даже сказала - это нечто.
Кстати, помню, как, приехав в Иерусалим и с гудящей головой сев в такси, услышала от водителя, что, оказывается, два часа назад в Нетании был совершен очередной теракт. Еще через несколько фраз выяснилось, что рванули торговый центр в прямой видимости от моего отеля. Пикантности ситуации добавило то, что мне в тот день с утра было так худо, что я чуть было не смалодушничала и не отказалась от Иерусалима в пользу этого самого торгового центра - обкупиться подарками для всех московских друзей и коллег. То-то была бы у меня экстремальная поездочка - даже и вернись я в Москву целой и невредимой, меня бы больше в Израиль ни в жизнь не пустили. В общем, иногда самоотверженные подвиги получается совершать во имя собственной жизни.
Я посидела у Гроба Господня (до сих пор где-то лежат тогдашние фотографии, где у меня абсолютно больные глаза и абсолютно счастливое лицо), а потом, когда настало время возвращаться, отправилась бродить по Старому городу. Ибо, помимо прочего, я обещала привезти из Израиля один очень конкретный подарок. 
Которого, censored, нигде, вы представляете - НИГДЕ не было. 
Никогда бы не подумала, что с этой, в общем, не шибко оригинальной вещицей будут такие проблемы.
Дело клонилось к вечеру, я уже устала, и простуда медленно, но верно подминала меня под себя. А я обходила одну за другой лавки Старого города, потому что мне, censored, уже вожжа под хвост попала, и как это так - я обещала привезти и не привезу. И быть такого не может, чтобы этого просто не было. Везде, значит, есть, во всех приличных странах - а здесь нет! Да не дурите мне голову!
Голову, правда, дурить было уже не надо - она сама шла кругом, температура лезла вверх, в глазах плыло и становилось как-то совсем нехорошо. В какую-то минуту я обнаружила, что сижу в какой-то лавке, не в силах встать, а вокруг меня прыгает испуганный мальчик-араб, на ломаном английском предлагая мне чай, воду, таблетки... Я пила чай, а он сбегал еще за несколькими продавцами, постарше, они полопотали что-то между собой и принесли мне целую охапку каких-то лекарств, из которых я выбрала единственно знакомый аспирин и старую добрую "звездочку",  допила чай, меня уложили прямо там же на какую-то лавку, и я с четверть часа лежала там, пока меня слегка не отпустило. Они очень не хотели отпускать меня одну, предлагали проводить до автобуса, но я отказалась - у меня ж еще не был куплен тот подарок! В умении исполнять чужие желания я запросто могла бы работать Василисой Прекрасной. Не Премудрой, нет. Чего нет - того нет. Или - как вариант - Федотом-стрельцом удалым молодцом. Жена его, помнится, от перспективы разыскивать то, не знаю, что благоразумно уклонилась... А у меня это профильная работа.
Самое смешное, что подарок я купила - то ли Господь услышал мои молитвы (что вряд ли, потому что мне было откровенно не до молитв), то ли решил поберечь меня от последствий моей же упрямой дури - но я наткнулась на то, что искала, да еще не в одном экземпляре, а в разных. От радости купила все, что было - продавец, по-моему, очень удивился, потому что явно не припоминал такого ажиотажа вокруг этого товара, - от радости же мне полегшало, и в автобус на Нетанию я села практически хорошо себя чувствуя. Из-за проклятого утреннего теракта перекрыли дороги, в результате чего ехали мы не три, а томительные пять часов. Но это были уже мелочи...

Второй раз меня свалило всерьез в гораздо более привычных, московских условиях, но антураж оказался экзотическим. По крайней мере, в моей жизни такого никогда раньше не было и, поверьте, я приложу все усилия, чтобы и не повторилось.
Уж не помню, за какой надобностью, но уговорили меня пойти к мануальному терапевту. Не то, чтобы какой-то части меня эта самая мануальная терапия была нужна, но почему-то я дала себя уговорить.
Мужик - его звали Н.Н. - сперва усадил меня за стол (дело, оговорюсь сразу, происходило в серьезном медицинском учреждении), поинтересовался именем-возрастом-датой рождения, а потом стал вслух уточнять мой знак зодиака, интересоваться точным время рождения и прикидывать мой гороскоп.
Пока я искала дар речи (вот уж чего не ожидала, того не ожидала от мужика в белом халате), мне задумчиво рассказывали о тех проблемах, которые бывают у козерогов в это время года и пообещали немедленную и быстродейственную помощь из астрала. 
- Я медиум, - задушевно признался Н.Н. - Я умею призывать Энергию из Космоса (он так и произнес эти слова - с Больших Букв), вы же должны знать, что там обитают духи, с которыми мы можем сотрудничать.
Я, как упертая православная христианка, вполне себе хорошо знала, какие там обитают духи, с которыми можно, а, точнее говоря, совсем не нужно сотрудничать. Тем более, что я, в силу неуемного желания совать нос, куда не следует, в некоторой степени была непосредственно знакома с некоторыми тамошними сущностями и меньше всего хотела, чтобы они прикладывали... кхм... лапу к моему здоровью. 
- Я христианка, - предупредила я.
- Нам это не помешает, - бодро ответил Н.Н.
Я задумалась.
Н.Н. тем временем что-то увлеченно рисовал в моей "медицинской" карте, приговаривая, как сейчас он настроится на получение вышеописанной Энергии и через его руки в мое тело войдет некая Сила. Которая немедленно распрямит то, что загнулось, загнет то, что распрямилось и устроит мне пробуждение ктулху кундалини по полной программе. При слове "кундалини" я подскочила на стуле и твердо решилась не допускать непотребства. Но, вместо того, чтобы встать и уйти, я - от большого ума, не иначе - рискнула прыгнуть с крыши храма искусить своего Господа. Н.Н. начал делать некие пассы в мою сторону, а я начала про себя читать Иисусову молитву. 
Это был бы очень здравый и единственно нужный поступок, не будь у меня другого выбора. Но я могла встать и уйти, а вместо этого решила посостязаться - чье кунг-фу круче. Наверное, спасло меня только то, что доказывала я не личную крутость, а силу молитвы, как таковой... Иначе дело могло закончиться не просто намного печальнее, а не сказать иначе - трагично.
Ощущения очень обострились, и я очень ясно ощущала, что у Н.Н. не получается сделать то, чего он хотел - вне зависимости от того, чего он хотел. 
- Не получается, - очень растерянно признался он. - Лягте на кушеточку, пожалуйста.
Я легла на живот и даже закрыла глаза, и еще сильнее сосредоточилась на молитве. Я и так чувствовала, когда он подносил ко мне руки ближе, чем на метр - меня начинало трясти, а его отталкивать. Как он ни старался, подходил ли к голове или к ногам, просил меня отвернуться, расслабиться - толку не было никакого. Я отчетливо ощущала, как что-то чужое, очень чужое пытается войти в меня сквозь кожу, но его не пускает. Никак не пускает.
- Это у меня впервые, - окончательно растерялся Н.Н. и велел мне вставать.
Снова усадив меня за стол, он внимательно смотрел на меня, а я тем временем чувствовала, как начинает разбаливаться голова. О чем я ему - не без злорадства - сообщила. 
Он чуть не расплакался.
- Ну дайте, я вам хоть головную боль сниму! Никогда такого не было, чтоб люди из этого кабинета с головной болью уходили.
Ничего у него не вышло. Стоило ему протянуть ко мне ладони - мне становилось нехорошо, и я практически криком потребовала, чтобы он перестал. 
- Давайте, я отвернусь и попробую сосредоточиться, без рук, даже смотреть на вас не буду, - окончательно пав духом, предложил он.
Н.Н. отвернулся на стуле, закрыл руками лицо, и я снова ощутила, как что-то пытается залезть в меня - в мою голову! Я вскочила со стула.
- Все, хватит! Я ухожу.
Кажется, только в ту минуту до меня дошло, что экспериментничать подобным образом было Очень Глупой и Опасной Затеей. И что "не искушай Господа Бога твоего". 
- Постойте, - сказал он. - Погодите. Я первый раз встречаюсь с такой Силой, - он благоговейно произнес это слово, а я почувствовала себя какой-то дурацкой Мэри-Сью.
На мое счастье, я очень хорошо понимала, что я к этой Силе имею отношение чисто постольку-поскольку - Господу было угодно за шкирку вытащить меня из идиотской и опасной ситуации, моего участия была самая малость и вся - дурацкая. Ну, примерно, как истошно замяукавшего котенка за шкирку вытаскивают из озера, а он дергается, крутится и только мешает спасательной операции.
- Останьтесь, - горячо заговорил Н.Н., - с вашими способностями... да вам немного подучиться - и вы сможете работать, как я. С вашей силой... Вы будете потрясающим, редким медиумом!
От подобной перспективы виски у меня сжало потрясающим, редким по тугости обручем. 
- Спасибо, мне что-то не хочется, - вежливо сказала я, мысленным взором созерцая астральные пространства синие круги. Единственным моим желанием в ту минуту было добраться до дома, выпить анальгинчику и тихо лечь в кроватку. Даже если бы он пообщал, что все астральные духи прям щаз соберутся и присягнут мне на верность - я бы и то не осталась полюбоваться на этот паноптикум.
- С вашей Силой! С вашей Энергией! Я не могу допустить, чтобы Такие (снова с большой буквы) способности пропали даром! - стонал Н.Н. - Ведь вы могли бы исцелять! Диагностировать! Вы могли бы работать с Космосом!
Несмотря на боль, мне стало смешно. Если бы он знал, Кому он расточает все свои похвалы - и как Он гонял этих самых духов, даже без обучения на медиума... И еще мне стало стыдно и благодарно - стыдно за свою дерзость, нашлась великая молитвенница, благодарно - за то, что у Христа милосердие и любовь превыше справедливости, и мне за мою дерзость не вломили по полной программе - хотя бы бросив лично разбираться с призванными духами - а защитили, прикрыли от последствий моей же дури.
- Я даже в детстве не хотела быть космонавтом, - сказала я и ушла.
...заболела я уже на пути домой, когда подходила к дверям квартиры, то твердо знала - меня накрыло то ли простудой, то ли легким гриппом, и не просто так, а поделом. Чуть-чуть попустил Господь мне почувствовать, как оно могло бы быть. И как оно было бы, если бы я чуть больше возомнила о себе. 
Болезни той хватило на неделю - как раз были майские праздники. Н.Н звонил мне еще несколько раз - все звал, уговаривал. На исповеди меня особенно не ругали, хотя, конечно, и не хвалили.

Наверное, пройдет время - и сегодняшнюю болезнь я буду вспоминать с тихой умиленной улыбкой. Она случилась не иначе, как после острого душевного напряжения - на той неделе я сотворила, наверное, если не самый, то один из самых сумасшедших и рисковых своих поступков, выложившись до донышка - но и получив в ответ столько, что сейчас до краешков души полна тихим светом и спокойным счастьем. Я сделала то, что хотела, и получила то, что мне было так нужно - и, несмотря на то, что у меня заложен нос и в груди комок - мне очень хорошо, тепло и спокойно дышится. 

P.S. с удовольствием отыскала и прочитала старую запись про тот иерусалимский отпуск с картинками. Все, решено, в следующий отпуск снова поеду туда. (картинки крупные, осторожно!)
Tags: Жизненное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 31 comments