Дарья Сивашенкова (la_cruz) wrote,
Дарья Сивашенкова
la_cruz

О христианстве и Ветхом Завете

Будучи в процессе очередной беседы о достоверности Библии (ветхозаветной ее части на этот раз), вдруг подумала: интересно, а в какой степени христиане должны воспринимать Ветхий завет, и как к нему следует относиться. Понимаю, что мысль эта отнюдь не нова, и наверняка много умных и богословски образованных людей думало ее раньше, но мне, как всегда, мысль хочется обдумать самостоятельно. И вот, что у меня получается...

Если я правильно помню, первые христиане Ветхий завет и в глаза не видели. Они, собственно, не видели и Новый, но это-то ладно: им благовествовали те, кто лично знал Христа, те, кто сами были Новым Заветом  - по крайней мере, некоторые из благовествовавших в будущем стали его авторами. Христианами становились те, кто на радостную весть "Христос воскрес" сердцем отзывались "воистину воскрес!" Многие из них (подавляющая, собственно, часть, все обращенные из язычников) вовсе не знали иудейские писания. Они и не слышали пророчеств о пришествии Машиаха и о том, что тот должен был сделать. Они принимали Христа... как бы это сказать... с чистого листа, что ли... С Торой Он для них связан не был. Да и на что нужен ветхозаветный закон, когда вот - весть о воскресшем Господе светлее солнца, яснее дня. Глядя ли на живого Христа - помнить о ветхозаветном "детоводителе"?

Более того. Самый горячий из всех проповедников, апостол Павел, от ветхозаветного закона всячески отмежевывался, прямо писал, что в свете явившейся благодати закон не нужен, даже вреден. И вряд ли Павел давал своим новообращенным из язычников изучать иудейские писания, если уж обращенных иудеев он призывал быть под благодатью, а не под законом. Еще бы, хорошо его понимаю: от евангельской свободы дух захватывает, такие просторы, такие горизонты, столько света, столько радости, столько любви о живом Боге - чем еще, как не душной комнатой, как не тяжелым ярмом, может казаться для обретшего Христа человека ветхозаветный закон.

Однако, Ветхий завет все-таки вошел в Библию и предваряет Новый. Из-за чего мы, христиане, имеем кучу проблем, будучи вынуждены объясняться за иудеев, чего это у нас там понаписано.
Не знаю, правильно или нет, но мне кажется, что критика Библии (и, соотственно, критика христиан) в подавляющем большинстве случаев относится к Ветхому завету. Критиковать Новый завет сложнее и делать это надо сугубо специально (или очень, очень предвзято) - поэтому, к примеру, у Лео Таксиля отлично получилась "Забавная Библия", но "Забавное Евангелие" можно считать полным провалом - как будто два разных автора писали. Критика Нового Завета в стиле, скажем, Истархова за серьезную не идет. Не хочу сказать, что в Новом завете не к чему придраться - при желании, конечно, можно, но все-таки, к Ветхому - куда проще.

Так зачем мы сами поимели эту кучу проблем себе на голову? В самом деле, не проще ли было отказаться от иудейского (враги, однако ж... Тольдот Иешу, однако ж...) наследия, принять за Священное Писание Новый завет - и через это иметь куда меньше неприятностей в будущем. Пусть бы иудеи свои проблемы и имели. Казалось бы.
Зачем христианам Ветхий завет со всей его неоднозначностью (а порой - и с ой какой однозначностью, от которой хочется откреститься сразу обеими руками)? Что из него следует брать безусловно, а к чему стоит относиться спокойно? И вообще - можно ли не соглашаться с идеями, высказанными в Ветхом завете, невзирая на то, что это - Библия? И что такое, в конце концов, это не дающее покоя нашим оппонентам (и некоторым нашим неумным защитникам, что еще хуже, чем оппоненты) боговдохновение Ветхого завета. Что - прям вот так Сам и диктовал, как мило издевался Таксиль?

Да ну, бросьте.

Во-первых, Ветхий Завет, охватывающий историю от возникновения мира до (сильно приблизительно) последнего времени до прихода Христа - это свидетельство того, что Бог всегда был с нами, действовал в нашем мире, мы не были брошены на произвол судьбы вплоть до воплощения Христа. В этом смысле Ветхий завет... придает надежности, что ли. Описывает историю, как путь человека и Бога, а не одного человека. Не как deus ex machina явлется Иисус, и Ветхий завет важен, как подтверждение этому. 

Во-вторых, это свидетельство того, до чего можно дойти в падшем мире и с какими людьми (чья свободная воля неприкосновенна) принужден был иметь дело Господь. Ветхий завет полон жестокостей! А то можно подумать, люди, забывшие Бога, были сплошь ангелами! Бог говорил с человеком на том языке, который был понятен этому человеку, и довел его до того состояния, когда можно было заговорить другим языком - до воплощения Христа. 
В конце концов, Иисус ведь говорит, что все заповеди и пророки сводятся к одному - возлюби Бога и возлюби ближнего. Но только в мире, прошедшем ужас Ветхого завета (когда все было против союза Бога и человека), в мире, где люди в муках, боли, крови переросли свою звериность до христианства - только в этом мире заповедь о любви к Богу и ближнему могла открыто стать основной заповедью. 
И Ветхий завет, безусловно, важен своим свидетельством о том, какой страшный раздрай и разлад, какие муки пережил мир, прежде чем вновь соединиться с Богом, и чем страшно отпадение от Бога.

Я не буду говорить, что Ветхий завет важен христианину моральными ценностями - во-первых, потому что в христианстве они зазвучали прекраснее, а во-вторых, чтобы отсечь двусмысленность: морали в Ветхом завете не очень много. Но в обществе, подзабывшем Евангелие, Ветхий завет может снова стать актуальным - нет, не звериной жестокостью своей, тут, я надеюсь (может, зря надеюсь), возврата к прошлому не будет - но простотой заповедей. Да, "не убий" слегка бледнеет перед "возлюби врага своего", а "не укради" меркнет перед "кто хочет взять у тебя рубашку, отдай ему и плащ" ( о запрещающих и разрешающих заповедях Ветхого и Нового заветов, да и вообще об их соотношении, можно прочитать у меня вот тут и вот тут), но... Но лучше уж "не убий" и "не укради", чем вообще ничего. 

Ветхий завет прекрасен историями тех, кто и сквозь всю окружающую мерзость пробивался к Богу. Псалмами Давида (а не его биографией). Огненными речами пророков. Красотой Песни Песней - правда, боюсь, что это тот случай, когда пишущий думал написать одно, а написалось совсем другое. Так бывает, об этом я напишу ниже. И в этом - упрек Ветхого завета нам, христианам: если даже в эпоху мрака и крови были люди, способные создать дивный свод псалмов - то как же мы, живущие в мире, освященном кровью Христовой, возрожденном Его воскресением  - как же мы далеки от Бога, хотя там, где нам нужно сделать один шаг, ветхозаветным святым нужно было идти - даже ползти! - сотни и сотни шагов. Если способны были каяться перед Богом Израиля, грозным и немилостивым, так, как кается Давид в 50-м псалме - то что же мы медлим с раскаянием перед открыто любящим нас Христом? Почему на большую любовь мы отвечаем  - меньшей?

Теперь поговорим о неприятном: об исторической части Ветхого завета с ее жестокостями и - порой - чудовищными (в том числе, в нравственном плане) историями. Должны ли христиане принимать на "ура" все, что сказано, допустим, в Книге Навина, и безоглядно любоваться биографией Давида, Самсона, Эсфирь и прочих сильно небезупречных, но типа положительных героев?
А если не должны, то почему бы все это не повычеркивать, оставив в своде Писаний только то, что важно и в христианском мире - что взывает к совести, учит, подтверждает бытие Бога с миром? Зачем брать в Библию откровенную гадость, да еще объявлять ее боговдохновенной? 

Во-первых, конечно, нет, не должны. Если от жестокостей Ветхого завета тошнит - то это прекрасно. Хуже, когда не тошнит. Совсем плохо, когда жестокости принимаются как должное, ибо оправдываются велением Божьим.

Богу вообще свойственно наклоняться к человеку, чтобы тот Его услышал. И если явление Христа мы называем - Бог смирился (хотя, казалось бы, что может быть выше этого...), то до какой же степени приходилось Ему смиряться в Ветхом завете, чтобы быть услышанным человеком - чтобы уровень разговора можно было постепенно, очень постепенно повышать. Бог смиряется, наклоняясь к человеку, всегда. Но в Ветхом завете этот уровень был куда ниже, чем в Новом.
И - после прихода Христа - говорить о прежнем уровне отношений человека и Бога, как о доныне приемлимых - нельзя. Потому что разговор ведется на куда более высоком уровне (эта ссылка уже есть выше), и нельзя его опускать.

Во-вторых, вычеркнуть это - значит, лишить самих себя памяти и преемственности. Почему-то те, кто представляет себе инквизиторов с ножницами, не задаются вопросом: почему не повырезали из Библии гадкое и некрасивое. Потому и не повырезали, что ничего не вырезали, а хранили - порой - со стыдом, порой - с грустью. Мы - христиане - мы помним, каким был мир и к какому человеку склонялся Бог. И мы не хотим, чтобы это повторилось (хотя, когда я гляжу за окно, мне кажется, что сейчас все гораздо хуже, и тем стыднее мне, как христианке).

Антинаучность Ветхого завета (в первую очередь, конечно, я о творении мира) некоторым ну просто в глаза бросается. Об этом, конечно, тоже надо бы написать - согласуется ли Ветхий завет с абиогенезом, скажем ли мы наше твердое нет теории эволюции, и вообще - как это некоторые святые отцы позволяют себе говорить, что шесть дней творения - это именно что шесть суток и ни часом больше.

Вот положа руку на сердце (и на крест на груди) - у меня не вызывает никакого отторжения ни теория абиогенеза, ни теория эволюции, и уж тем более я совершенно уверена, что творение длилось дольше, чем 204 часа. Если разложить четко - то получается, что Господь призывает - а земля  и вода сами рождают живность, которая им необходима. Чем не зарождение живого из неживого, с научной-то точки зрения? Конечно, теория абиогенеза обходит молчанием призыв Бога - "да сотворит..." - но не дело науки описывать Бога, потому что с фактурой придется тяжко. Ну не хочет Господь быть описанным наукой, беда такая. Не хочет Он быть объектом исследования. Он личность, имеет право на прайват.

Поэтому - с моей точки зрения - Ветхий завет вполне согласуется с научными теориями - за вычетом Бога. И в этом нет ничего страшного. Грубо говоря, наука описывает то, что получилось, а Библия говорит о том, как это началось. Бог сотворил мир! - говорит Библия. Ага, говорят ученые, и начинают исследовать - каким образом это произошло. Где тут глобальные противоречия? Нет ведь, порываются найти... Бога нет, потому что человек произошел от обезьяны. Ой-вей, отвечают христиане, хватаясь за голову, какой кошмар, не может быть, кудамиркатится, нет, Бог сотворил человека из куска глины. Можно подумать, что нормальный христианин, который задумается над этим вопросом (как пришлось задуматься мне, хотя я всецело увлечена Новым Заветом и мне, в принципе, не очень интересно, чего там было в Ветхом, кто из чего сотворен и зачем), не поймет, что эти две теории одна другой стоят, и не пожмет плечами. Сказано: взял прах земной и вдохнул в него душу живую. Почему обезьяна не может считаться прахом земным - ума не приложу.

А теперь я затрону тему довольно опасную в силу легкого впадения в ересь. Смущающихся прошу дальше не читать, потому что - признаюсь сразу - наговорю много лишнего. Кому еще не страшно - предупреждаю: дальше махровое личное мнение, сплошной теологумен и объяснение сложнейшего богословского вопроса на собственном примере, что, конечно, дико нескромно, но я всех предупредила.

Боговдохновенность.

Я не раз слышала от оппонентов, что мы, христиане, толкуем Библию вкривь и вкось, совершенно ставя с ног на голову то, что имелось в виду изначально. Мол, сказано "дочь Вавилона! губительница! блажен, кто разобьет младенцев твоих о камень" - значит, Библия призывает бить детишек головами о стены, а вовсе не то, что мы себе напридумывали: мол, это значит, что надо уничтожать в себе грех еще на стадии помысла. Песня Песней - шикарное эротическое произведение, а отнюдь не аллегорическая история о любви жениха-Христа и невесты-души, особенно, если учесть, что до Христа там было еще семь поприщ, да все пустыней.

Меня это тоже некоторым образом смущало (хотя в большинстве случаев, в силу моей любви именно к Новому завету, трудности Ветхого мне были безразличны), пока я не решилась провести одну очень смутительную аналогию. 

Краткий (не очень) экскурс в историю моей жизни.

Хотя я христианка уже 10 лет, православной я стала относительно недавно - что ли, года три-четыре как. Первые семь лет я страстно не любила Церковь, то есть, это еще очень мягко сказано - я ненавидела ее, искренне, откровенно, глубоко. Причина у этого была лишь одна, хотя я и старалась для приличия притащить за уши побольше причин, все-таки она была одна, но я была максималистка, что для 15-17 лет вообще-то характерно. 

А еще я горела влюбленностью в христианство так, что невыносимо было молчать, но я была совсем другая, чем сейчас, и не могла говорить на такую невероятно драгоценную интимную темы ни с кем: бледнела, краснела, чуть не в обморок падала от одного упоминания Христа или апостолов. Поэтому "от избытка сердца говорить уста" у меня не могли, зато я могла писать.

И вот, в те годы страстной влюбленности в христианство (не прошло) и страстной ненависти к Церкви (прошло) я написала несколько рассказов, не имеющих большой художественной ценности, но предельно искренних и предельно исполненных любовью к обретенному Христу и Его апостолам. Я не признавала тогда иконы, я не умею рисовать, и единственная икона, доступная мне - это икона написанная, словесная.

Рассказы - повторю - писались в 15-17 лет, а что толкового можно сознательно написать в таком возрасте, да еще когда пишешь в горячке любви, да еще когда твердо знаешь, что никому никогда это не покажешь, а значит - можно писать в самом деле что думаешь и как хочешь? Хочется одеть Иисуса и апостолов в джинсы - пожалуйста. Хочется придумать другую концовку какому-нибудь не центральному евангельскому сюжету - бери и пиши. Хочешь, в конце концов, всех помирить и вернуть Люцифера в рай - мири, кто помешает, хотя умное слово апокатастасис я узнала много позже (равно как и то, что я не одна была такая умная)... Я и не думала вкладывать в эти рассказы какой-то особенный, аллегорический смысл (ибо ну нафиг было не надо: любоваться Христом и апостолами - мне этого было достаточно).

Через весьма значительное время, когда ослепленность любовью прошла и ко мне вернулась способность логически размышлять (а не просто  беззаветно любить), я стала размышлять... И, в конечном итоге, получилось, что плоды моих размышлений каким-то чудесным образом совпадают с православным учением, да и до важности Причастия я доросла. В общем - Церковь оказалась ко мне ближе, чем я думала, ненавидя ее. 

Но никуда не делась первоначальная и главнейшая причина ненависти (впрочем, в глобальном плане это довольно второстепенный вопрос, просто для меня необычайно важный, а так - нет в нем ни догматики, ни особенного богословия), и я оказалась перед идиотской дилеммой: я не могла не признавать правоту церковного учения (если уж сама до него дошла) и причастие - в то же время я не могла согласиться с Церковью в том, единственном вопросе (тогда я еще не знала, что могу запросто придерживаться своего мнения в этой области, как оно и получилось). Да и вообще - Церковь казалась мне - как многим моим оппонентам - душительницей свободы: все по линеечке, думать одинаково, и на кой оно мне надо вообще, мне со Христом и так было весьма неплохо...

И во время всех этих колебаний мне в руки попался один мой старый рассказ, я села и перечитала его. Не поверила своим глазам и перечитала еще раз. А потом просто стала разбирать пофразно.
Потому что у этого скромненького рассказа внезапно появился второй смысл. То, что было написано прямым текстом о простых вещах, вдруг превратилось в очень стройные, почти безупречные и абсолютно прозрачные аллегории. И то, что писалось в состоянии крайней ненависти к Церкви - вдруг стало подробной инструкцией на тему: что такое Церковь, как соотносится Церковь со Христом, можно ли быть со Христом вне Церкви, как войти в Церковь и как оно там на самом деле будет в смысле свободы (все совпало!!)... и еще невероятное количество богословских вопросов: о грехе, раскаянии, покаянии, спасении, причастии, тд, тп - и все на 18 страницах (поразительно, но тоже все совпало с действительным православным учением). 

Специально написать такое в 16 лет я не могла - даже если говорить о подсознании, не было у меня всего этого в подсознании, неоткуда там этому было взяться. Меня никто никогда не учил богословию, до 20 лет я принципиально не читала богословских трудов, никто не пытался привить мне любовь к Церкви (чтобы я ее на подсознательном уровне оправдывала), никто не разъяснял мне теологические тонкости столь дотошно, сколь это получилось у меня... случайно. 

И вот это подробное объяснение, моей рукой писанное, что, куда, когда, зачем и для чего - и сподвигло меня переступить церковный порог, не потеряв при этом ни грамма свободы, а приобретя... ну, это тема отдельной работы. Много, короче.

Я далека от мысли примерять пророческие одеяния, тем более что на всех этих рассказах стоит гриф "строго для личного пользования". Но у меня просто нет другого выбора, кроме как думать, что Господь, не желая ломать меня в пору моей первой любви, попросту незаметно для меня придал написанному мной тексту совершенно другой смысл - мол, повзрослеет девочка - поймет, а от своего авторства не откажется, следовательно - примет. В отношении меня - лучшая политика.

Мне просто кажется, что Господь мог этот метод применить не только относительно меня. Люди, писавшие Библию (по крайней мере, те ее части, которые мы предпочитаем толковать аллегорически), запросто могли не понимать подлинного смысла написанного... или так: в их время нужен был один смысл, но потом люди выросли - и отчетливо проступил второй, более глубокий (или более высокий, кому как нравится). Прикровенная боговдохновенность, сказала бы я. Есть откровенная - как псалмы Давида (здесь и объяснять ничего не надо: откровенное боговдохновение ощущается, как близость Бога, состояние предельной ясности сознания, потом состояние это отходит, а записанное остается ), а есть прикровенная - как, сдается мне, Песня Песней, как многие тексты Ветхого завета, которые писались-то, может, и буквально - а смысл несут куда более важный, чем буквальный.

Христиане не в ответе за Ветхий завет: мы изначально полюбили завет Новый, завет Христов. Мы приняли Ветхий Завет, как свидетельство о Боге и о нас (да, в списке прочего я не упомянула ветхозаветные пророчества о Христе, они, конечно, тоже нам дороги). Мы не обязаны оправдывать жестокости Ветхого завета из преданности Христу, не обязаны боговдохновенностью объяснять любое человеческое восприятие событий. Да! люди могут ошибаться, записывая свои эмоции касательно того или иного предмета, но Бог обратит эту ошибку на пользу, придав буквальным словам - второй смысл, подлинный, Свой..
Tags: Мои дискуссии, О важном
Subscribe
promo la_cruz september 17, 2014 11:33 156
Buy for 200 tokens
Слушайте, а сколько народу тут из христианской тусовки? Под таковыми разумею не только христиан, но сипатизирующих и интересующихся тоже - вообще, кому интересны посты " О важном". Пожалуйста, отметьтесь тут как-нибудь, хоть крестиком, очень прошу. Имею в виду не только френдов. Причин…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments